Статьи
Шутка.
В этой шутке, как и положено, только доля
шутки, остальное правда. Какая к лешему осыпь, товарищ укатывается
со смеху, ружьё валяется на земле, рука висит, голова звенит,
первое, что подумал, – сломал ключицу. Первое, что сказал
– конец охоте. Хотя свидетель уверяет, что после выстрела
я говорил много, быстро и зло. Я этому не верю, не в моей
манере так выражаться, да и не помню этого. Осмотр плеча
снял предварительный диагноз. Перелома нет. Нет даже синяка.
Значит, вложил оружие правильно, плотно. Не мог сделать
ошибки, готовился к выстрелу, как к первому свиданию. И
на тебе, получил, можно сказать, по физиономии. Кантузия
на лицо – голова гудит. Вообще - то в жизни такое бывает,
когда в первый раз да по молодости. Но сейчас, признаюсь,
я на это не рассчитывал. Немного обиделся, чуть – чуть расстроился,
но все-таки собрался силами. Очень помогла не сходящая с
лица улыбка товарища поглаживающего свою любимую старенькую
курковку. Большое спасибо ему за поддержку в трудную минуту.
Зарядил два обычных патрона и лёг в укрытие. Лежу и сам
себе не верю. Первый раз был счастлив, что гусь не летит,
что стрелять не надо, что вздремнуть можно и ни кто не осудит,
не упрекнёт, потому что не видит меня, замаскировавшего
свою боль и досаду новенькой Американской засидкой.
Последствия.
Никчёмный день прошёл быстро, пара гусиных
стай, увиденных на горизонте внушила оптимизм. Завтра всё
будет хорошо, будет погода, будет птица. Бог даст здоровья,
а остальное добудем. Возвращались домой долго. Правая рука
и ключица серьёзно болели, машину приходилось вести одной
левой. Дома на плечо сделал компресс. Утром полегчало. Все
последующие дни охоты в Ленобласти сводились примерно к
следующему: я пытался подружиться со своим обидчиком. Сначала
это были робкие попытки одиночных выстрелов патроном на
70. Как ни странно, даже после перенесённой травмы выстрелы
казались очень комфортными. Всё - таки вес оружия 4100.
Ещё одна проблема.
По ходу дела выявились недостатки в конструкции
новой засидки. Если использовать её по назначению, а не
в качестве места для отдыха, то возникают серьёзные трудности
с обзором. Полулёжа на спине в довольно стеснённой обстановке
невозможно увидеть, что делается сзади, а это раздражает,
особенно когда гуси проходят молча. Впрочем и боковой обзор
через треугольные окошки из крупной сетки ни чем не лучше.
Сетка так близко расположена к глазам, что практически невозможно
увидеть проходящую в ста метрах стаю, если не определить
её по голосу. Данный недостаток был устранён в полевых условиях.
Теперь окна открыты и только при приближении гусиной стаи
я аккуратно их закрываю и фиксирую на липучку. Всё остальное
в конструкции вполне приемлемо, если учитывать что относительно
комфортно в засидке может расположиться человек только среднего
телосложения. Очень эффектно раскрываются крылья купола.
Судя по тому, как ведут себя гуси, для них это полная неожиданность.
Вот только поза для стрельбы не очень обычная. Сида на пятой
точке с вытянутыми вперёд ногами особо не развернешься.
Но с этим придётся смириться. А вообще, как показала практика
эксплуатации данного заморского изделия, оно идеально подходит
для охоты с таким оружием, как КАНАРДУЗ, (наверное, можно
даже рекомендовать продавать их в комплекте). Вся прелесть
заключается в том, что после сдвоенного выстрела сделанного
в такой засидке, вы прямиком попадаете на вполне удобную
раскладушку, где можно и даже нужно немного отдохнуть (перезарядиться
всё равно вряд ли успеете да и сразу не захотите).
Карелия.
В Карелию приехали за пару дней до открытия
охоты. На гусей полюбоваться, пофотографировать а за одно
и проверить, как непуганый гусь реагирует на сизых птиц
внезапно появившихся на местах их постоянной кормёжки. В
первое же утро наши теоретические предположения были подкреплены
на практике. Гусь птица умная, это мы знали. Распознаёт
отечественные изделия из пластмассы довольно легко. Практически
все стаи, шедшие курсом на нашу постановку, не долетая метров
пятидесяти, сворачивали, облетали стороной и становились
на прежний курс. Иногда стая разделялась на две части, облетала
нас с двух сторон и благополучно воссоединялась, пролетев
опасный участок. При виде своих настоящих собратьев гуси
так себя не ведут. Тут же хочу сказать, что наша маскировка
была идеальной и не могла повлиять на чистоту эксперимента,
тем более, что такую картину мы наблюдали и со стороны.
Эталон птичьего ума и осторожности – вороны, шарахались
от пластиковых гусей лишь после того, когда подлетали к
ним совсем близко, а горлицы и вяхири принимали сизых явно
за своих и без страха налетали чуть ли не на головы гусей.
Ещё была пара отчаянных гусиных парочек типа разведчиков
пролетевших над нашей позицией на небольшой высоте, молча,
с выпученными глазами, усердно работая крыльями. Для чего
они это делали, нам судить трудно. Может, квалификацию повышали,
или какой экзамен сдавали. Мы не стали огорчаться по поводу
работы наших чучел, так как практически во всех случаях
птицы были на расстоянии выстрела. Хотя условия были идеальными.
Охота ещё не открыта, птицы много и она не пугана. После
двух трёх дней стрельбы гуси начинают чётко различать сизые
полуоболочки и ведут себя ещё более аккуратно. Но как показал
опыт дальнейшей охоты, не это главное.
Очередное открытие.
В день открытия охоты не знали, радоваться
или грустить. Народу прибавляется с каждым годом всё больше,
это не радует. А вот что охотник продвинутым стал, это приятно.
Ещё пару тройку лет назад, если выходил на поле с профилями
и манком, то народ из канав косился: на кой этот цирк, если
гуси и так над башкой носятся? Сейчас что ни поле, то профиля,
объёмники, да не по десятку, сотнями. Засидки, масхалаты,
манки. Работают люди над собой, приятно видеть, но не в
таком количестве.
Новая травма.
В первое же утро на перелёте, видя огромное
количество птиц заряжаю “магнум”. Гуси идут высоко. Но какой
азарт! Сорвал охотку. Пару пачек расстрелял. Даже трофеи
есть. Раз пять начинал с заднего спуска. Как ни странно,
вытерпел, хотя минуты три – четыре приходилось отдыхать
после выстрела, провожая взглядом гусей, пролетавших мимо.
Здесь же обнаружился ещё один серьёзный недостаток оружия.
После пяти мощных выстрелов указательный палец правой руки
был неоднократно и сильно рассечён острой кромкой переднего
курка. А сустав среднего пальца распух от ударов предохранительной
скобы. К сожалению, избежать этой травмы практически не
возможно. Необходимо вносить изменения в конструкцию спускового
механизма, позволяющие переднему курку подаваться вперёд
и не травмировать палец при выстреле. А на скобу можно поставить
резиновый компенсатор. Тем не менее, охотничий азарт берёт
своё. Зализываем раны и снова в бой.
Наконец о главном.
Повеселился на охоте вдоволь. Основное внимание
было приковано к оружию и попыткам подружиться с ним. Сезон
выдался сложный. Большое количество охотников, “хорошая
погода”, плохое поведение птицы, явно не желающей покидать
охранную зону уже на третий день охоты омрачили лица многих
хантеров. Призывные дудения в небеса и десятки полуоболочек,
казалось, только отпугивают птиц. Конечно, что – то добывали,
но не в том количестве, на которое рассчитывали многие,
видя пасущиеся в охранной зоне стада белолобиков. И тут
поползли слухи. Мол, поле есть, совсем рядом. Не хуже и
не лучше, чем у других. Только вот похоже, повидлом намазано.
Гуси мимо всех, прямиком туда тянут, а подлетев, сразу падают
на допотопные фанерные профиля. Взлетают не многие. Три
мужика сидят в окопах и дело своё туго знают. Туда народ
как на экскурсию ходит. Постоит, посмотрит издалека, благо
долго ждать не приходится. Пооблизывается и разъезжается
по своим местам, а кто и по домам. Подходить, говорят, бесполезно,
мужики такие, что лишнего слова клещами не вытянешь. Сами
понимаете, пропустить такое мы не могли. Взяв на всякий
случай баночку под повидло, решили попытать счастья в знойный
полдень. Поле нашли быстро. Только над ним в полдень и кружилась
очередная стая гусей, выискивая удобное место для посадки
рядом с двумя десятками простеньких профилей. Затем услышали
выстрелы из трёх стволов. Четыре гуся чисто биты. Вроде
как перерыв мужики наметили, уходят с поля. Мы к ним. На
удивление приятные люди. Общий язык нашли сразу. Благо говорить
было о чём. Поделились впечатлениями, попили чайку с “заветным
повидлом”. Секрета, в общем - то и нет ни какого. В первую
очередь всё тот же многолетний опыт, знание повадок, умение
слушать, наблюдать за птицей. И главное - талант манить.
Сразу вспомнилась Астрахань и разговор с местными гусятниками
с тридцатилетним стажем, охотно показавшими нам свои изумительно
сделанные плавающие чучела с натуральным гусиным пером.
Мы им тогда манки американские показали, попробовали - они
сказали, что не плохо. Сами нам голосом, да получше нашего.
Небольшой урок дали, вроде получается. Но главное, говорили,
в тему манить надо, с головой, без излишеств. “Чего ж тут
сложного, этому не учат.”
Время за разговором прошло быстро, пора по
окопам, распрощались. Идём, бредём по дороге в чистом поле,
рюкзаки за спиной, засидка, гуси, ружья. Метрах в двухстах
от нас небольшая стайка проходит. Переглянулись: “ну что
давай как в Астрахани, поорём потренируемся!” Сказано –
сделано, вроде не забыли, как. И тут случилось чудо. Стая
ответила громким гомоном и начала разворачиваться. Стоим
на дороге в полный рост со всем своим охотничьим скарбом,
ружья в руках держим и разговор со стаей поддерживаем. А
она прямо на нас, вдоль дороги, из под солнца заходит. Метров
тридцать не дошли и в рассыпную. Мы даже ружья не вскинули.
Стоим счастливые, улыбаемся. Чего палить, если поговорили
мирно
1 2
3 4 5
